МУЗЕИ РОССИИКУЛЬТУРА РОССИИ


Горе уму
Дата создания: 1927г.

Сайты по теме
Театральная жизнь Москвы
Театральная афиша Москва
Театральная афиша Петербург
Центр информационных технологий для театров
Театры Москвы
Театральные страницы Петербурга
"Театральный смотритель"


В том же виде искусств
Жизель
Руслан и Людмила
Конек-Горбунок
Спящая красавица
Снегурочка

Созданные в то же время
Горе уму
Броненосец Потемкин
Третья Мещанская

Того же типа
Ревизор
Горе уму
Свадьба Кречинского

В том же жанре
Ревизор
Горе уму


Произведение
Церковь Спаса в Уборах
Церковь Спаса в Уборах


Персоналия
Иванов Вячеслав Иванович
Иванов Вячеслав Иванович

Куплю пакеты оптом купить полиэтиленовые пакеты оптом.



Горе от Ума. Фотография Доманского. 1935год
Горе от Ума. Фотография Доманского. 1935год
Автор: Мейерхольд В.Э.


   Работа над спектаклем "Горе уму" началась почти сразу после премьеры "Ревизора" – в начале января 1927 года – и сложилась несколько необычно: репетиционный период разбился на три самостоятельные этапа: первый с 7 по 20 января – только пробы актеров на роли. Далее с весны – подготовительная работа по тексту. Художественное и музыкальное оформление спектакля. Осенью начались репетиции.
    Подготовкой текста занимался режиссер - лаборант - Коренев М.М. Он пользовался изданием
комедии выпущенным Госиздатом в 1927 году под редакцией Н.К.Пиксанова в серии "русские и мировые классики". В эту книгу вошли включенные ранние варианты из называемых "булгаринского списка", "музейного автографа" и "жандровской рукописи"- всех основных источников пьсы А.С.Грибоедова. На основе этого издания Кореневым был подготоывлен суфлерский экземпляр. В нем отмечались купюры, вставки, возникавшие при дальнейшей компоновке текста во время репетиций.В качестве музыкаьного руководителя спектакля был приглашен асафьев_Б.Ф. Асафьев. Первоначальные музыкальные планы конкретизировались во время репетиций, поиск шел вплоть до февраля 1928 года, когда Асафьев спешно переинструментировал музыку отдельных сцен. Характер музыкального материала был таков, что оркестр ГосТИМа пришлось увеличить, и руководить им пригласили профессионального дирижера Ю.С.Никольского. Отрывки из произведений Баха, Бетховена, Шуберта, Моцарта звучали на протяжении всего спектакля. Но главенствовала фортепианная музыка – одним из основных участников "Горе уму" был пианист, исполнявший за сценой те музыкальные произвеления в импровизации, которые Мейерхольд отдал Чацкому, включив их в ритмические паузы его монолог и реплик. Предполагалось поручить эту партию Л.О.Арнштаму, его фамилия значится среди вызваных на первую репетицию - 20 ноября 1927 года. Но по причине происшедшего незадолго конфликта Арнштам в "Горе уму" участия не принимал. С 23 ноября на репетициях попеременно бывают пианисты Давыдова Е.В., работавшая в ГосТИМе постоянно, и студент консерватории Муромцев Ю.В. (в спектакль вошел написанный им музыкальный номер "Всесветное amoroso" - к фразе Чацкого: "Но все-таки я вас без памяти люблю"). С конца января до середины февраля 1928 года на репетициях постоянно присутствует и играет фортепианную партию Д.Д.Шостакович. С 9 февраля на репетициях участвует новый пианист театра А.Г.Паппе (друг ОборинаЛ.Н., принятый в ГосТИМ по его рекомендации), а 14 февраля, как указано в распоряжении Мейерхольда "Д.Д.Шостакович выбыл из состава работающих над "Горем от ума".2 Исполнителем фортепианной партии в спектакле стал Паппе.Вообще спектакль насыщен музыкой. Подход к образу через музыку позволяет преодолеть кажущуюся его рассудочность". Так, эмоциональная напряженность Чацкого раскрывается в его музыкальных импровизациях, в которых сквозит огромная музыкальная культура эпохи. Музыка приближает образ Чацкого к нашему времени.4Пластические и балетные номера в эпизодах "Кабачок", "Танцкласс", "Библиотека и танцевальная зала" ставил А.М. Мессерер.
    Художественное оформление спектакля было поручено Шестакову В.А.(конструкция) и Ульянову П.М.(костюмы).Конструкция Шестакова, к сожалению, не была удачей спектакля. Если в эскизах и чертежах художника угадывались комнаты дома Фамусова, где происходили все эпизоды "Горе уму", то по изготовлении конструкции (с большим опоздаанием перед генеральной репетицией) обнаружилось полное несоответмствие этой тяжелой и многодетальной установки режиссерскому замыслу. Каки-то измения в конструкции произвести было уже невозможно, поэтому срочно менялись некоторые мезансцены. Это обстоятельство не лучшим образом повлияло на общее художественное впечатление спектакля.Об Ульянове как знатоке эпохи и великолепном мастере костюма Мейерхольд говорил еще на первом режиссерском совещании в Харькове (14 июля 1927года) и уже 27 июля в Москве состоялась рабочая встреча с художником. Далее с Ульяновым работал Коренев. В течение августа они неоднократно встречались, изучали книги, гравюры, посещали музеи. Для Ульянова был сделан монтировочный костюмный лист и переданы фотографии актеров.На первом – пробном – этапе распределения ролей не было. Актерам предложили подавать заявки на любые роли. Коренев вел учет поданных заявок и около имен трех персонажей указал "названных мастером" "Мухин М.Г. – Молчалин, Н.И.Боголюбов и К.В.Шолмов - Скалозуб, В.Ф.Зайчиков - Репетилов. В дальнейшем и Мухин, и Боголюбов стали основными исполнителями этих ролей. Зайчиков от роли Репитилова отказался и играл Загорецкого и эпизодическую роль тапера. Большинство остальных актеров, подавших заявки, в спектакле участвовали, но не в тех ролях, которых пробовались.
    Существует легенда о назначении на роль Чацкого В.Н.Яхонтова и о неожиданной замене его в разгар репетиций. На самом деле все было иначе. В первой же беседе, 7 января 1927 года, Мейерхольд сказал о Чацком:"…лохматый, больше студент, чем человек во фраке и бабочке … Гарин. Я хотел, чтобы Гарин попробывал на эту роль". В этот день Яхонтов только подал свою заявку ( на роли Чацкого Репетиллова и Загорецкого). 12 января Мейерхольд смотрел его в двух сценах Чацкого и, по-видимому, тогда уже написал знаменитую записку Х.А.Локшиной: "Я знаю: меня будут упрекать в пристрастии, но мне кажется, что только Гарин будет нашим Чацким: задорный мальчишка, а не "трибун". В Яхонтове я боюсь "тенора" в оперном смысле и "красавчика", могущего конкурировать с Завадским. Ах, тенора, черт бы их побрал!".5Яхонтов больше на пробах не появлялся. Но и Гарин участия в них не принимал. Утверждение его на роль Чацкого произошло ближе к лету 1927 года- по-видимому, одновременно с получения согласия Ильинского на роль Фамусова.
    На первом же распределении ролей 14 июля 1927 года названы исполнители ролей Фамусова - Ильинский, Софьи - З.Райх, Молчалина - М.Г.Мухин, Чацкого - Э.П. Гарин, Лизы- Е.В.Логинова, Загорецкого- В.Ф.Зайчиков, Репетилова- Н.В.Сибирякова, вошедшие в основной состав спектакля. На роли Скалозуба и Натальи Дмитриевны намечались Н.П.Охлопков и Е.А.Тяпкина, но они, судя по стенограммам, репетировать не начали (Охлопков в октябре ушел йз ГосТИМа).
    При следующем распределении ролей (9 декабря 1927 года), названы Скалозуб- Н.И.Боголюбов и Наталья Дмитриевна - Т.П. Волконская, на рольЛизы намечена студентка ГЕКТЕМАСа Т.А.Говоркова ( но в списке исполнителей от 15 января 1928 года названы две Лизы - Логинова и Говоркова) и перечислены некоторые новые персонажи, введенные автором спектакля: француженка – (В.Ф.Ремизова) и тапер (Зайчиков), в сцене урока танцев – маркер (М.Ф.Кирилов) и мальчик (пионер Шкловский), в сцене тира: приятели Чацкого (П.К.Горев, Ф.П.Коршунов, Н.А.Поплавский, М.М.Неустроев, Н.И.Масленников), которые в эпизоде "Библиотека" читали включенные в спектакль стихи Рылеева, Пушкина, Лермонтова.Остальные роли ко дню премьеры, состоявшейся 12 марта 1928 года, были закреплены за следующими актерами: Наталья Дмитриевна – Н.А.Ермолаева, Платон Михайлович –М.А. Чикци, Тугоуховский- М.А.Маслацов,Тугоуховская – Твердынская, графиня-бабушка- Е.Б.Бенгис, графиня-внучка- Субботина, Петрушка- А.К.Глеков, дворецкий- А.В.Логинов, человек Чацкого – В.Ф.Пшенин, арапчонок (в "Тире") – пионер Григорьев, княжны – А.С.Амханицкая, А.Я. Атьясова, И.В. Хольд, Р.М.Гнесина, С.А.Соколова, Л.Л.Лесс, А.Н.Хараскова.Незадолго до премьеры Мейерхольд работал с дублерами. Роль Фамусова репетировали и затем играли вахтанговец О.Н.Басов и П.П.Старковский, роль Чацкого – И.Я.Савельев. На роль Софьи после премьеры были введены С.А.Соколова и А.Н. Хераскова. Несколько ролей дублировала Т.М.Мальцева- Наталью Дмитриевну, певицу в "Кабачке", француженку в "Танцклассе".
    На первом этапе репетиций акты не делились на эпизоды. Это деление возникло в ноябре –декабре 1929 года, тогда же определяются их названия. В программе спектакля указывались названия каждого из 17-ти эпизодов и эпиграфы к ним.
    Название спектакля "Горе уму" взято из ранней редакции комедии и было утверждено на последнем этапе работы. Спектакль "Горе уму" просуществовал три сезона. В 1935 году, создавая вторую редакцию, Мейерхольд намеревался сохранить это название (что подтверждают программы), но в 1936-1937гг спектакль именовалсятрадиционно-"Горе от ума". Постановка "Горе уму" 1928 года, которую автор спектакля называет "петербургской" редакцией носила на себе печать дореволюционного периода работы мастера: "Она вызывала ряд ассоциаций, связанных со старым Петербургом. Новая же трактовка, которую я называю "московской" редакцией, крепко увязывается с атмосферой старой, так называемой "грибоедовской Москвы".6В постановке 1936 года была одна особенность, о которой Мейерхольд сказал следующее: "В новой редакции спектакля введен прозрачный занавес, при котором зрителю смутно видны контуры предметов на сцене, канцелябров и т.п. Зритель, оставаясь в ритме спектакля, фантазирует о том, каким будет следующий эпизод…
    Фамусов- ведущая роль в пьесе. Он – ось, которая вертит весь дом. Режиссеру важно, чтобы эту роль играл актер, с большой энергией: "Мы должны поверить, что ему тридцать лет. Его молодая энергия должна сказаться в спортсменских способностях, в его способностях изумительно играть на бильярде. Он должен показать себя в этой области человеком вне конкуренции".8 Темперамент исполнителя этой роли – южный: "Хорошо было бы, если бы Фамусов выступал в пьесе с сицилийским темпераментом, в духе какого- нибудь Ди Грассо".9 Больше всего на эту роль, по мнению мастера, подходил Старковский: "Он способен вытащить швейцара, способен выкинуть его чуть ли не в окно. Видно, что он будет бить крестьянскую девку Лизу. Чувствуется, что у него такая деспотическая энергия есть. В данном случае режиссер имеет в виду внешнее проявление энергии, которое необходимо этой роли. Вообще Мейерхольд очень часто на репетиции проводит параллели с античным театром: "Такуя сцену мы знаем из античного театра - в "Антигоне", сцену Креонта, где есть молодое действующее лицо, которое с ним сталкивается и спорит.10 Но это спор "не просто за чашкой чая (… ) когда люди что-то доказывают. Это действительно спор и около спора должна быть энергия" Текст Фамусова должен был произноситься "страшно ярко; без того, чтобы он купался в красивости. Та настойчивость, с какой он отстаивает свои идеи (особенно в больших монологах), где он говорит в присутствии Скалозуба с Чацким, - все это требовало на эту роль исполнителя способного на своеобразные выкрики, чтобы действительно чувствовалось, что этот человек может голосом своим и убедительностью речи покорить противника. Режиссеру необходимо донести до зрителя некий контраст, который присущ данной роли. С одной стороны, обоятельный, изысканный, красивый, а "внутри в этом красивом сосуде напиток противный, горький, неприятный, который хочется выплюнуть".12 Он должен перед нами щеголять умением носить костюмы: "Он умеет прифрантиться, он умеет быть изысканным, он своебразный какой-то денди"13. Как правило, эту роль играл "обрюзгший старичок с пузом, который щепнул Лизаньку. Читает нотации Молчалину, и произносит какой-то монолог, вынимая табакерку и панюхивая табак".
   

Рыбкина И.Р.



Мейерхольд Всеволод Эмильевич




 



  (c) портал "Культура России"